Как силовики могут избежать наказания за преступления во время Майдана

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Чем дальше от Революции достоинства, тем больше шансов у многих подозреваемых по делам Майдана избежать ответственности. 2018 год может стать критическим для ряда производств, связанных с преступлениями времен Евромайдана.

Сотни автомобилей, километровые пробки, перекрытые улицы. Вероятно, таким запомнили жители села Новые Петровцы 29 декабря 2013 года. В тот день состоялся едва ли не самый масштабный автопробег активистов к резиденции «Межигорье», в которой жил тогда еще президент Виктор Янукович. Впоследствии активисты нанесли туда еще несколько визитов, меньших по размаху, а общество узнало о движении под названием Автомайдан.

Последний, кстати, не только осуществлял автопробеги, но и организовывал ночные патрулирования, помогал с юридическим сопровождением в судах и тому подобное. Реакция властей последовала незамедлительно: ГАИ начала массово составлять протоколы на участников, на основании которых впоследствии суды лишали автомобилистов прав на управление транспортными средствами.

На этом тогдашняя власть не остановилась: у некоторых активистов арестовывали транспорт, кому-то угрожали. Уже в январе того же 2014-го силовики устроили на Автомайдановцев засаду. Их избили, задержали, а затем по сфальсифицированным протоколам доставили в суды, которые выносили решение об арестах. После смены власти правоохранительные органы взялись расследовать эти преступления. Впрочем, кажется, нарушителям не стоило слишком переживать: довести дела до конца оказалось довольно проблемной задачей. А 2018 год может стать критическим для ряда производств, связанных с преступлениями времен Революции достоинства.

В тему: Порошенко предложено бессрочно назначить судьей «заказушницу», преследовавшую Автомайдан

Наказаны гаишники

Причина такой угрожающей ситуации - истечение сроков давности, определенных Уголовным процессуальным кодексом. Именно он устанавливает, что каждое правонарушение имеет свой срок для привлечения к ответственности: преступления небольшой тяжести - 2-3 года, средней - 5 лет, тяжкие - 10 лет, особо тяжкие - 15 лет. В ст. 49 УПК указано, что правонарушитель освобождается от уголовной ответственности в случае, если сроки давности его преступления истекли.

А ст. 12 классифицирует преступления в соответствии с предусмотренным наказанием. Так, за преступления небольшой тяжести это лишение свободы на срок до 2 лет, средней - соответственно до 5 лет, тяжкие - свыше 10 лет. Стоит отметить, что согласно УПК в эти сроки также включается срок расследования (не более одного года для преступления любой тяжести), но не включаются сроки, в течение которых подозреваемый скрывался и находился в розыске.

«Сроки давности начинают отсчитывать с момента совершения преступления и до приговора в суде. Однако от них отнимают время, в течение которого подозреваемый находился в розыске. Когда же его задерживают, отсчет возобновляется», - объясняет представитель потерпевших Евгения Закревская.

Единственные преступления, не имеющие таких сроков - против основ национальной безопасности Украины и против мира и безопасности человечества. Во всех других случаях часы тикают. И если сроки истекают, защита может просить суд закрыть

производство, и фактически судьи обязаны это сделать.

«Судебное производство закрывается по срокам давности, если не против сам обвиняемый и если нет тяжелых статей в обвинительном акте. В таком случае защита может заявлять о закрытии дела и освобождении обвиняемого от ответственности. И если последний не скрывался или не было других оснований, судья выносит положительное решение. Правда, подсудимый может просить продолжить рассмотрение по процедуре, если хочет доказать свою невиновность и реабилитироваться», - добавляет адвокат.

Если же возвращаться к теме Автомайдана и подделанных инспекторами ГАИ протоколов, то следствие инкриминировало нарушителям ст. 366 Уголовного кодекса: служебный подлог, что является нетяжким преступлением. Поэтому ряд бывших гаишников, фальсифицировавших документы о правонарушениях во время автопробега к «Межигорью», фактически избежали наказания. Ведь сроки давности для этого истекли в декабре 2016 - январе 2017 года.

«Действительно, в делах, связанных с Автомайданом, есть такая ситуация. По ст. 366 крайние сроки давности истекли в январе этого года. В делах, которые в суды передавала Прокуратура города Киева и области в 2014-м, все делалось в спешке, без координации с Департаментом специальных расследований, поскольку мы расследовали подобные производства», - рассказывает глава Департамента специальных расследований Сергей Горбатюк. И добавляет, что в делах в отношении сотрудников ГАИ, которые Департамент уже передал в суд, кроме служебного подлога фигурируют и другие преступления.

«Мы по своим производствам инкриминируют гаишникам не просто подделку. Кроме того, у них там есть ст. 340 (воспрепятствование проведению собрания, митингов, шествий и демонстраций). Там срок давности составляет 5 лет. Но с такими темпами рассмотрения дел в судах не исключено, что и он истечет. Последнее производство по инспекторам ГАИ и их руководству мы передали в суд примерно 9 месяцев назад. В деле до сих пор продолжаются подготовительные заседания», - отмечает Горбатюк.

В тему: Судебная реформа: не надо из нас делать дураков

Собственно, проблемы с рассмотрением в судах преступлений времен Революции достоинства возникали всегда. Чего только стоит голодание пострадавших в Шевченковском суде Киева с требованием перестать тормозить судебный процесс. Однако если начать просматривать все производства, которые сейчас идут в судах, то оказывается, что в некоторых делах подготовительные судебные заседания тянутся почти два года.

Например, более полугода в Печерском районном суде Киева не могут пройти подготовительные заседания в отношении одного гаишника, который, по версии ДСР и прокуратуры, подрабатывал протоколы. Официальные причины - занятость судьи в других делах, неявка обвиняемого или и самого обвинения, которое представляет прокуратура Киева.

Второй год в Дарницком суде Киева пытаются провести судебное заседание по делу о нападении бойцов «Беркута» на активистов Автомайдана в ночь на 23 января. Последнее заседание должно было состояться 31 августа этого года, однако его так и не смогли начать. А на следующий день судья ушел в отпуск на полтора месяца. И, что важно, в этих двух процессах подозреваемым не избрали меры пресечения.

«Следствие дело любой сложности может расследовать в течение года. И это вполне нормальное требование. Но мы сталкиваемся с такой ситуацией: ничем не ограниченные суды два года не начинают судебного разбирательства по существу! Если говорить конкретнее, то это дело Анатолия Логвиненко, руководителя второй роты «Беркута». Он фигурирует в нападении на Автомайдан в Крепостном переулке. Больше года не могут начать суд над экс-работниками первой роты «Беркута».

Они также являются фигурантами нападения в Крепостном и на улице Щорса. Почти два года никак не начинается рассмотрение дела Владислава Лукаша, руководителя харьковского «Беркута», что касается события 1 декабря и в 18 февраля. И даже если эти производства вдруг перестанут буксовать, то, глядя на дела, которые суды уже рассматривают по существу, можно утверждать: их будут слушать не менее двух-трех лет. А значит, в сроки не уложатся», - отмечает Закревская.

В тему: Как Аваков и судьи спасают убийц из «Беркута»: свидетельства участников процесса

Критический 2018-й

Учитывая вышесказанное, возникает ситуация, при которой еще больше правонарушителей может избежать наказания. Сроки давности для преступлений средней тяжести истекут зимой 2018-2019 годов. Если до этого момента судьи не вынесут приговоров, обвиняемые могут быть свободными. В этом случае речь идет о целом ряде статей Уголовного кодекса: препятствование мирным собраниям, превышение власти, предоставление заведомо ложных показаний, незаконные задержания, служебная халатность, вмешательство в работу автоматизированной системы документооборота суда.

Однако не самой важной среди них является ст. 340, которая касается мирных собраний. Именно она фигурирует ли не во всех производствах, начиная от 30 ноября и заканчивая 20 февраля. И прокуроры, и адвокаты потерпевших отмечают: препятствование мирным собраниям в центре Киева дало повод для большинства преступлений, которые совершила во время Революции достоинства тогдашняя власть.

Если же истекут сроки давности, суд не сможет назначить за них наказания. Кроме того, прецедентом для Украины стало бы наказание силовиков за заведомо ложные показания. Это обвинение, в частности, касается нападения на Автомайдан в ночь на 23 января и задержания протестующих 18 февраля. Тогда силовики заявляли, что «правонарушители» оказывали сопротивление работникам милиции, совершали другие «преступные действия». А суды, в том числе и на основании этих показаний, незаконно арестовывали активистов. Впрочем, в отличие от зимы 2014-го сегодня суды не спешат.

«Здесь целый комплекс проблем. Да, есть нарушения со стороны судей. ДСР направляет жалобы в Высший совет правосудия. Но ВСП (Высший совет правосудия - А) ситуация аналогичная: рассмотрение жалоб должны были назначить в течение 45 дней с момента их поступления. Мы направили восемь жалоб весной и в начале лета 2017 года. Однако заседания до сих пор не назначены. Такая же история и с Высшей квалификационной комиссией: подали в нее три жалобы на судей, однако их так и не рассмотрели, потому что истекли сроки давности», - жалуется Горбатюк и добавляет, что изменить ситуацию, по мнению главы ДСР, может только Высший совет правосудия.

В тему: Председатель Высшего совета правосудия Игорь Бенедисюк: какого государства гражданин?

«ВСП на это также никак не реагирует. А никто, кроме органов правосудия, не имеет права оценивать действия судов. Но нельзя так затягивать. Ведь срок привлечения судьи к ответственности - год. А жалоб в ВСП - тысячи, среди которых и на судей, которые затягивают процессы по делам Майдана. Шансы, что их рассмотрят и это повлияет на скорость судебных процессов, мизерные. Хотя быстрая, качественная, публичная реакция ВСП на такие нарушения изменила бы ситуацию. Но ее пока не видно», - добавляет Горбатюк.

В то же время эта проблема накладывается на имеющиеся проблемы с судами. А именно неукомплектованность и большую загруженность. Так, по словам председателя Верховного Суда Украины Ярослав Романюка, на конец I квартала этого года в Украине работало около 4,7 тыс. судей, а это лишь 60% необходимого количества, что отрицательно сказывается и на качестве, и на скорости судебных процессов. В делах Майдана служителей Фемиды могла бы разгрузить оптимизация - объединение дел с похожими эпизодами и одинаковыми фигурантами. Однако иногда по неизвестным причинам этого не происходит. А именно в упомянутом выше Печерском суде Киева.

«Судьи жалуются на некомплект, проблемы и реформу. И при этом специально увеличивают себе нагрузки. У нас есть два подобных дела, которые на этапе досудебного следствия не смогли объединить по объективным причинам. Наконец, одно дело в Печерский суд передал Прокуратура города Киева, а второе дело в Святошинский суд передал Департамент спецрасследований.

Оба касаются, в частности, подделки протоколов гаишниками во время автопробега в «Межигорье». Однако в первом фигурирует только один человек, а во втором - около двух десятков. Около полугода в Печерском суде лежит мое ходатайство о передаче дела одного гаишника в Апелляционный суд. Он, в свою очередь, мог бы решить вопрос объединения с большим производством, которое сейчас в Святошинском суде. Ведь эпизоды в них идентичны, подозреваемый фигурирует и там, и там. Однако этого не происходит», - рассказывает Закревская.

Фактически за четыре года можно назвать разве что два примера объединения. Первый - производство о массовых расстрелах на Институтской, которое слушает Святошинский суд. С начала в нем фигурировали только двое спецназовцев, однако зимой прошлого года произошло объединение с еще одним делом. Теперь на скамье подсудимых пятеро беркутовцев, им инкриминируют убийства 48 протестующих и ранение около 70. Второй пример - дело начальника управления общественной безопасности ГУ МВД Киева Олега Мариненко. С начала его должен был рассматривать Голосеевский райсуд, однако он согласился передать производство на апелляцию. Оттуда дело попало в Шевченковский райсуд, где по подобным эпизодам, в которых фигурируют четверо бойцов «Беркута», проходят подготовительные заседания.

В тему: Экс-беркутовца, расстреливавшего майдановцев, освободили в зале суда под аплодисменты

Кроме того, до сих пор не решена проблема с правками в УПК, которые депутаты приняли в мае 2014-го. Речь идет об изменениях в примечания ст. 364, которая касалась определения понятий «существенный вред» и «тяжкие последствия». Таким образом народные депутаты сузили ответственность по ст. 364-367 Уголовного кодекса, сведя ее к наказанию за нарушения, которые оцениваются материально, то есть деньгами (подробнее см. Тиждень, №8/2016). В то же время есть позиция Высшего специализированного суда, который отмечает: примечание не может изменять суть статьи, которая в этом случае сводится к материальному ущербу. Впрочем, адвокаты отмечают, что в украинских судах уже были негативные прецеденты.

Что будет после 2018 года

Если при неблагоприятном развитии событий суды таки не успеют вынести приговоры за преступления средней тяжести времен Революции достоинства, то подсудимые, против которых нет серьезных обвинений, могут просить о закрытии производств и в случае положительного решения быть свободными, но не реабилитированными. В то же время если в обвинении будет фигурировать, например, ст. 115 Уголовного кодекса (умышленное убийство), которая относится к тяжким преступлениям и имеет срок давности 10-15 лет, то суд только не назначает наказание за препятствование мирным собраниям, хотя на факт правонарушения в приговоре должен указать.

«Мы окажемся в ситуации, когда обвинение начнет «худеть». Будут статьи, за которые человека невозможно наказать за истечением сроков давности. Даже если в суде будет доказана вина. А если обвинение не будет предусматривать тяжелых преступлений, таких как ст. 115, 121, 365 (соответственно, умышленное убийство, умышленное тяжкое телесное повреждение, превышение власти), то отсекается большое количество людей, которые совершили преступления. Думаю, здесь речь идет о десятках», - убеждена Закревская.

К тому же, добавляет адвокат, есть риск потерять все обвинения по ст. 340 УПК (препятствование мирным собраниям), поскольку срок давности по ним истекает в начале 2019-го. Поэтому не накажут ни одного нарушителя.

«Воспрепятствование мирным собраниям не исчезает из мотива, оно исчезает из приговора. И решение суда будет корявым, может потеряться логичность обвинения. Конечно, картинка преступления не рассыплется, но с процессуальной точки зрения будет менее логичной. Да, возможно, правонарушения по ст. 340 будут доказаны, но их не внесут в приговор. В решении суда будет написано, что человек препятствовал мирным собраниям, но в связи с истечением сроков давности его необходимо освободить от ответственности», - отмечает Закревская.

Между тем в ДСР отмечают: освобождение от ответственности по истечению сроков давности не является реабилитирующим обстоятельствам. Поэтому человек фактически является виновным.

«Если говорить о юридических последствиях, то закрытие дела из-за срока давности не является реабилитирующим основанием. Как минимум лицо признается виновным, но не отвечает за преступление. Однако в таком случае теряется важный момент наказания - его превентивность, чтобы это было наукой другим. Проблема есть и остро стоит о преступлениях средней тяжести», - добавляет Горбатюк. И замечает: если ситуация не изменится, есть риски потерять и серьезные обвинения.

«В большинстве случаев совершение насилия в отношении протестующих является обвинениеем в превышении власти. Это ст. 365, там срок давности 10 лет. Поэтому серьезной опасности пока нет. Однако в ситуации, когда полтора года продолжаются подготовительные заседания по производствам об избиении автомайдановцев и повреждении их машин, можно предположить, что мы рискуем потерять и серьезные обвинения», - убежден Горбатюк.

В тему: «Дело Майдана», 3 года спустя: за убийства, побои, погромы и бандитизм не ответил никто

Собственно, уже сейчас можно почти наверняка сказать: украинские суды не успеют. Ситуации можно было бы помочь, последовав примеру Литвы, которая убрала сроки давности для преступлений, совершенных 8-13 января 1991 года. Законодатели страны объявили, что государство находилось под оккупацией, потому действовало международное законодательство, согласно которому преступления против человечности, а именно расстрел телецентра российскими спецназовцами, не имеют срока давности. Конечно, Украина в случае подделки протоколов трудно будет кивать на международное законодательство и бессрочность, однако отечественные законодатели могли бы попытаться найти выход. Пока часы еще тикают.

Станислав Козлюк, опубликовано в издании Тиждень.UA

Перевод: Аргумент


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com